akrav (akrav) wrote,
akrav
akrav

Category:

Интервью Владимира Набокова журналистке «Маарива» Нурит Берецкой

            В 1970 году Набоков дал короткое интервью газете «Маарив».
            Благодарю журнал «Медуза», опубликовавший его английский оригинал, и Niece, обратившую моё (и не только моё) внимание на публикацию.
            Конечно, переводить Набокова на русский язык -- дерзость и самоуверенность, выходящая далеко за пределы того, что я обычно себе позволяю.  Но опубликованный перевод настолько стилистически спорен (и к тому же местами ошибочен), что я решился предложить эту версию.
            Конечно, я помню требование Набокова к переводу.  Оно ясно и лаконично:  «Точность прежде всего, никакой отсебятины».  Но вместе с тем в предисловии к русскому изданию «Других берегов» (английские версии названия -- "Conclusive Evidence" и "Memory, speak") есть такая ремарка:  «...так отвратительно таращилась иная фраза, так много было пробелов и лишних пояснений, что точный перевод на русский язык был бы каррикатурой Мнемозины».
            Я постарался избежать этой карикатурности (когда читателю разъясняют очевидное или не заботятся об уточнении того, что знать ему неоткуда, или же когда дословный перевод фразы вызвал бы заведомо неверные ассоциации).
            Предполагаю, что возражения может встретить слово «транспортировка».  Разумеется, оно употреблено иронически, в скромной попытке вызвать стилистическую перекличку со словом «изделие», употреблённом в похожем контексте в «Других берегах».
            Некоторые другие (мельчайшие) отступления от буквальности мне трудно объяснить рационально (например, на вопрос, почему я перевёл "hooligans" как «уличные хулиганы», а не просто «хулиганы», мне пришлось бы довольно бездоказательно заявить «так фонетически лучше»).  Но таких отступлений почти нет.


*            *            *


Почему вы живёте в Швейцарии?
            Мне здесь удобно.  Я люблю горы и гостиницы.  Я не выношу забастовки и уличных хулиганов.

Вы всё ещё чувствуете себя в изгнании?
            Искусство это изгнание.  Я чувствовал себя изгнанником в детстве, среди других детей.  На футбольном поле я был вратарём, а все вратари это изгнанники.

Может ли чужая страна стать родной?
            Америка, моя приёмная страна, ближе всего к моим представлениям о доме.

Быть беженцем -- значит ли это быть без корней?
            Корни не так важны, как обретённая свобода расти и цвести в полной -- и очень приятной -- пустоте.

На каком языке вы думаете, считаете и видите сны?
            Я думаю не на языке.  Я думаю образами, вместе с которыми иногда всплывают отдельные словесные мелочи на одном из трёх языков, которые я знаю, вроде «проклятый шум!» по-английски или «вы дурак» по-французски.  Мои сны обычно по-русски, цифровые подсчёты тоже.

В чем разница между тем, как вы пишете на русском и на английском?  Будете ли вы снова писать по-русски?
            В моей прозе и стихах за последние полвека я привёл немало примеров этого различия:  где-то оно упомянуто между делом, где-то -- описано очень подробно.  Желающие могут всё это вычленить и сопоставить.  По-русски я пишу и сейчас (например, перевод «Лолиты» и другие переводы).  Иногда пишу по-русски стихотворения.

Почему вы пишете?  Сам процесс для вас — радость или страдание?
            Поскольку я в высшей степени равнодушен к эпической, этической, религиозной, социальной или поучительной стороне литературы, я не смог бы объяснить, почему я пишу.  Что же касается боли и радости, мне нечего добавить к тому, что написал об этом Флобер в своих записках.

Привязываетесь ли вы эмоционально к вашим персонажам?  Думаете ли вы о них, когда книга закончена?
            Я подозреваю, что интерес Всевышнего к Адаму и Еве не был ни эмоциональным, ни глубоким, несмотря на то, что этот замечательный труд удался ему в целом очень хорошо.  Я тоже не испытываю личной привязанности к своим персонажам ни во время работы, ни после.

Как бы вы хотели, чтобы читали ваши книги?  Задумыватесь ли вы о своих читателях?
            Я не жду, что кто-то из читателей проникнет в текст так же глубоко, как я, но если его голова не может вместить хотя бы часть некоторых деталей, то это плохой читатель, вот и всё.

Вы перечитываете свои старые книги?
            Мне приходилось перечитывать их очень внимательно по меньшей мере по десятку раз:  делая корректуру, проверяя гранки, просматривая текст, набранный для переизданий, уточняя и исправляя переводы.

Что вы думаете об экранизациях ваших книг?
            Две картины, которые я видел -- «Лолита» и «Камера обскура» -- снимались без моего участия.  В результате получились хорошие фильмы с превосходными актёрами, но они лишь отдалённо напоминают мои книги.

Что вы считаете скучным, а что весёлым?
            Давайте я лучше вместо этого расскажу, что я ненавижу.
            Фоновую музыку, музыку в записи, музыку из репродуктора, музыку из транзисторного приёмника, который носят с собой, музыку из соседней комнаты -- любую принудительную музыку.
            Примитивизм в искусстве.  Так называемую «абстрактную» мазню, пьески с «символическим смыслом», скульптуры из железного лома или отбросов, «авангардные» стишонки и прочую дремучую пошлость.  Клубы по интересам, творческие союзы, товарищества единомышленников и так далее.  (За последние 25 лет я отклонил десятка два предложений почётного членства.)
            Тиранию.  Я готов принять любой режим -- социалистический, монархический, чернорабочий -- при условии, что разум и тело будут свободны.
            Шелковистую ткань на ощупь.
            Цирки, -- особенно представления с животными и с крепкими женщинами, которые повисают в воздухе на зубах.  Четырёх докторов:  д-ра Фрейда, д-ра Швейцера, д-ра Живаго и д-ра Кастро.
            Борьбу за правое дело, демонстрации, шествия.  «Краткие» словари и «карманные» справочники.  Порционные газетные красивости:  все эти «от первого лица», «на переднем крае», или это мерзкое «сердца, стучащие в унисон».
            Дурацкие и неудобные вещи:  футляр для очков, который теряется, вешалка, которая всё время падает, карман не там где надо;  складной зонтик, у которого надо специально искать кнопку, чтоб его раскрыть;  обычай переплетать книги таким образом, чтобы читателю приходилось разрезать страницы.  Шнурки, которые надобно специальным способом завязывать.  Зрительное ощущение от лица, владелец которого пропустил утреннее бритьё.  Транспортировку орущих младенцев в поездах.  Принудительное добровольное засыпание.

Что вы думаете о ситуации на Ближнем Востоке?
            Есть несколько вещей, о которых я могу говорить со знанием дела:  например, некоторые виды бабочек, Пушкин, искусство шахматных задач, перевод с английского и перевод на английский, с русского и на русский, с французского и на французский; игра слов, романы, бессонница и бессмертие.  Но политика к их числу не относится.  На ваш вопрос о Ближнем Востоке могу ответить лишь очень по-любительски:  я горячий сторонник дружбы между Америкой и Израилем, и мои симпатии на стороне Израиля во всех политических неурядицах.
Tags: переводы
Subscribe

  • Продолжение предыдущего

    Сучий Лапид заявил, что вернёт Израиль в UNESCO. Ранее Израиль сам не посмел оттуда уйти несмотря на весь вред, несмотря даже публичные оскорбления…

  • Беннетт и мороженое

    Какая, право же, отвратительная и позорная -- в первую очередь для нынешнего израильского правительства -- вся эта история с Джем-энд-Берри (или как…

  • Actualia

    Если считать, что это сообщение (Ньюс.ру); ( иврит, 7-й канал); (по-английски почему-то не нашёл) в целом правдиво, если считать, что мелкие…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment