akrav (akrav) wrote,
akrav
akrav

СТО ЛЕТ СПУСТЯ


...но хотите знать историю этого энтузиазма?  Ярким образчиком
её был покойный депутат Эмиль Бык.  Недавно он ещё состоял
всей душой в немцах, разъезжал по Галиции и агитировал, чтобы
все евреи записались в немецкую партию.  Но потом, хорошенько
осмотревшись и увидев, куда ветер дует, он перестал быть немцем
и сделался поляком, [...] и с тех пор не было у поляков в Галиции
более верного лакея и у немцев более грозного врага...
                    Владимир Жаботинский. «На ложном пути». 1912 г.



          Есть на свете такие особые люди: они не могут поверить, что кто-то может руководствоваться в своих поступках мотивами иными, нежели грубая выгода.
          Услышит ли он, что кто-то переехал из Петербурга в Париж или из Парижа в Петербург, ... — «Любит, грит, этот город? ага, как бы не так», — понимающе фыркнет такой бычок, — ему там больше платят, вот и вся причина. Прочтёт ли о режиссёре, бросившем коммерческое кино ради некассового — тоже ясно: значит, что-то за это дали или посулили.  Чей-то брак, развод, сделанный подарок, написанная книга — за всем этим они видят расчёт и корысть.
          Даже тем поступкам, к которым корыстный мотив никак вроде бы не приклеишь, они искусно умеют отыскать побудительную причину подлую, низкую, пакостную — иначе говоря, свою собственную: ведь о других судят по себе.
          Очень характерна в этом отношении вторая атака московского журналиста Д. Быкова на издание Жаботинского.
          Я не видал этого издания.  Но, судя по суматошной реакции г-на Быкова, можно предположить, что в сборник вошла заметка «Странное явление», а может быть и её продолжение, блистательная статья «На ложном пути», впервые опубликованная в 1912 году, но по-прежнему неопровержимая, по-прежнему актуальная, словно написана она сегодня, — и разящая таких, как этот Быков.
          На аргументы всё так же возразить нечего.
          Но возразить-то хочется, даром что статья Жаботинского была написана сто лет назад.  Быков злится на неё, как на мулету.  И вытаскивает из своей маленькой идеологической кладовки родное объяснение на все случаи жизни (которое одно только и лежит там).  И задаёт привычные риторические вопросы:  А для чего Жаботинскому нужно было именно такое мнение?  А что он с этого имел?  А с какой целью ему понадобилось эти статьи писать?
          Готов и универсальный ответ.  Поскольку подгонка под ответ — дело нехитрое, в раздражённой статье Быкова читаем: точка зрения Жаботинского, оказывается, была обусловлена личной своекорыстной целью.  И эта цель заключалась в том, чтобы скрыть:  1) что он был посредственный журналист;  2) что он был провинциал родом из Одессы (не чета москвичу Быкову);  3) что он хотел стать русским писателем, а его не взяли;  4) что он боялся конкуренции со стороны более успешных литераторов (ну то есть быковых начала ХХ века).
          При этом г-н Быков не только тщательно обошёл аргументацию Жаботинского, но и собрал в кучку и подал читателю те самые доводы, убогие и замшелые, которые Жаботинский разбил одним ударом, казалось бы, навсегда.  Иными словами, пишет он в расчёте на читателя, который Жаботинского не прочтёт, органичившись рецензией.  И который, может быть, поверит на слово, что не надо читать статьи Жаботинского, столь обидные для некоторых литературных работников.
          Нелепо, конечно, сопоставлять одного из выдающихся людей ХХ века с шутом.  Но всё же, когда читаешь, как этот шут сравнивает свою собственную журналистику с журналистикой Жаботинского и получает результат в свою пользу — забавно взглянуть на соотношение РЕАЛЬНОСТИ И САМООЦЕНКИ у великого человека и у жлоба:


Написал несколько текстов, уверенно ставящих его во «второй эшелон» русской литературы, наряду со Станюковичем, Помяловским, Гончаровым, Гаршиным.
Не претендовал на титул русского писателя.

Автор нескольких «художественных» книг — скучных, корявых, абсолютно нечитабельных; прочно забытых вскоре после выхода из печати.
Самоопределение: «Я русский писатель» (вспоминается известная шутка про морскую свинку).


Не имея вселенских претензий, писал и публиковал статьи на нескольких европейских языках Называет себя космополитом.  Владеет единственным языком.


Автор статей, сохранивших актуальность сто лет спустя. Автор статей, устаревающих в момент выхода следующего номера журнала (а о чём он писал год назад, кто помнит?:-)


Убеждения:  не зависят от моды, газетной и политической конъюнктуры

Убеждения:  отсутствуют.  Умеренное дозволенное фрондёрство. «Идеология», соответствующая текущей моде и генеральной линии, включая довольно мелкие её изгибы


Личные принципы:  благородство в журналистике и в жизни Личный принцип:  «Я хам и этим горжусь» (печатно)



(Обнаружил опус этого Быкова в Интернете и насмешливо прокомментировал в своём журнале Штепесах).

Tags: Уроки истории
Subscribe

  • ДЖЕНТЛЬМЕНЫ. ДВА СЦЕНАРИЯ

    ВАРИАНТ А . Участники некоего закрытого джентльменского клуба собираются на раут . По ходу приятной и необременительной встречи кто-то замечает ,…

  • РУССКИЙ УРОК

    Российским протестующим было сейчас труднее, чем израильским шесть лет назад. Во-первых — зима. Во-вторых — в Москве было гораздо…

  • ПРО СИМПАТИИ

    Вчера американский институт Гэллапа опубликовал любопытную диаграмму: cоотношение численности американцев, симпатизирующих соответственно Израилю и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments

  • ДЖЕНТЛЬМЕНЫ. ДВА СЦЕНАРИЯ

    ВАРИАНТ А . Участники некоего закрытого джентльменского клуба собираются на раут . По ходу приятной и необременительной встречи кто-то замечает ,…

  • РУССКИЙ УРОК

    Российским протестующим было сейчас труднее, чем израильским шесть лет назад. Во-первых — зима. Во-вторых — в Москве было гораздо…

  • ПРО СИМПАТИИ

    Вчера американский институт Гэллапа опубликовал любопытную диаграмму: cоотношение численности американцев, симпатизирующих соответственно Израилю и…